Версия для персонального компьютера

Когда я начал собирать в начале двухтысячных годов бьющиеся граммофонные пластинки, так называемые «патефонные», мне стали попадаться (хоть и редко), грампластинки, выпущенные до начала Великой Отечественной войны (как я их называю «довоенные»). И именно тогда увидел впервые на таких грампластинках надпись «Ногинский завод». О существовании Апрелевского завода грампластинок мне было известно с детства, ведь на многих наших семейных виниловых пластинках 50-80 годов прошлого века был указан этот завод. А также Ташкентский, Ленинградский, Рижский заводы. А вот названия Ногинского на них не было.

Тогда же я узнал, что в нашем городе существует Дом-музей Наума Григорьевича Шафера, коллекционирующего грампластинки всю жизнь. И что каждую пятницу, в этом доме проходят лекции, посвященные грампластинкам и музыке. Конечно же я пошел на одну из таких лекций, а там, набравших то ли смелости, а может быть наглости, познакомился с Наумом Григорьевичем. Почему я это вспоминаю? Потому что в одну из последующих встреч именно от него, я услышал, что Ногинский завод в начале войны был эвакуирован в Ташкент, и после войны на базе этого оборудования, был запущен Ташкентский завод грампластинок. В своих словах Наум Григорьевич ссылался на книгу А.И. Железного «Наш друг — грампластинка», которую мне потом он дал почитать, а я смог тогда снять с нее электронную копию. Вот цитата из книги - «Ташкентский завод, созданный на базе эвакуированного в начале войны Ногинского завода грампластинок, начал давать продукцию с 1945 года...». Все последующие годы для меня это была единственная информация о судьбе самого мощного в предвоенные годы завода по производству граммофонных пластинок. И наверное поэтому, эти скупые слова не устраивали меня. Периодически я обращался к интернетовским поисковикам со словами «Ногинский завод грампластинок». С течением времени, появлением данных из когда-то закрытых архивов, развитием журналистики в интернете, я накопил различную, часто противоречивую информацию и решил, что пора ее проанализировать и как-то «разложить по полочкам», ведь история строительства, работы и окончания деятельности завода пока в интернете раскрыта очень скудно. А дополнительным импульсом к написанию этих строк стал просмотр одного довоенного фильма, на который я наткнулся при чтении старых газет, изучении афиш кинотеатров - это фильм «Девушка с характером». Он замечателен хотя бы тем, что в нем в первый и последний раз в художественных фильмах Советского Союза часть действия происходит на заводе граммофонных пластинок, и этот завод судя по надписи на корешке альбома, лежащего на столе в кабинете директора, а также по этикеткам, видимым на пластинках в различных кадрах - именно Ногинский.

По всем событиям, связанным с со строительством, пуском, работой завода получить данные возможно в основном из газет того времени, которые находились мной в течение очень долгого времени, по мере появления в сети их архивов периода 1933 -1941 гг. Ведь книгах А.И. Железного, Г.А. Скороходова и заметках в интернете в основном говорится о том, что завод разместился в имеющихся помещениях бывшей Глуховской мануфактуры, начал выпускать грампластинки в 1934, полностью запустился в 1935 году. Причем именно в таком объеме эта информация и «кочует» до сих пор по большинству сайтов в сети, связанных с филофонией. Люди просто переписывают у друг друга данные, как сейчас принято в интернете. На некоторых сайтах есть вообще очень спорные данные, достоверность которых трудно подтвердить, но они сбивают с толка:

"Ногинский завод грампластинок построен в районе Глухово подмосковного города Ногинска (б. Богородска) в начале 30- х годов (хотя сначала планировалась макаронная фабрика)".

*(6 марта 1930 года г. Богородск был переименован в г. Ногинск, в честь Ногина В.П., революционера и советского руководителя.)

И еще я обнаружил в сети, на сайте Российской Государственной академии экономики описи дела, касающихся не только Ногинского завода но и всей грампластиночной отрасли, которые хранятся в архивах академии. В этих делах - полная история развития отрасли, включая личные дела и трудовые книжки работников Граммпластреста (именно с одной "т"и двумя "м", как там указывается). Просто описи, но все же даже из них, можно почерпнуть кое-какую информацию. Список дел представлен в файлах:

Кроме того, мне удалось найти на сайте https://www.bogorodsk-noginsk.ru/, посвященному Богородскому краеведению, воспоминания бывших сотрудников Ногинского завода «Грампластинка», записанных В. Глебовым. На них я буду опираться дальше, исследуя судьбу завода.

Вот что рассказывает В. Глебов о работнике Ногинского завода М.П. Кудинове и о строительстве завода: «окончив машиностроительный техникум, комсомолец Михаил Кудинов стал работать на Глуховском комбинате. В 1929 году Михаил был направлен политбойцом на строительство завода грампластинок. Молодой коммунист, имея диплом техника, не чурался никакой работы - корчевал пни, копал землю, закладывал фундамент здания. И радовался вместе со всеми, когда завод выдал первую продукцию».

За годы моего собирания грампластинок, через множество встреч с пожилыми людьми я узнал, что они в своих воспоминаниях иногда ошибаются, путают годы и места. Вот и здесь, в этих словах М.П. Кудинова может быть ошибка.

Благодаря РГАЭ, получилось найти в описи личных дел и трудовых книжек "Грампласттреста" карточку дела Кудинова М.П.

Значит этот человек действительно работал на предприятии "Грампласттреста". Но вот как быть со словами о начале стройки в 1929 году, а также с корчеванием пней, копкой земли, строительством фундамента?

Самые ранние найденные мной сведения о строительстве завода
- это постановление ЦК ВКП(б) от 13 августа 1933 года "О состоянии и мерах по улучшению производства граммофонов, граммофонных пластинок и музыкальных инструментов" :

"Предложить Наркомлегпрому СССР передать Наркомтяжпрому СССР корпуса строящихся фабрик во Владимире и Ногинске. Наркомтяжпрому оборудовать эти фабрики, организовав на одной из них производство граммофонов..., а на другой поставить массовое , стоящее на уровне современной техники, производство пластинок, с тем чтобы выпуск продукции начался с IV квартала 1934 года.";

- и заметка в газете "Правда" от 29 сентября 1933 года.

В газете «Вечерняя Москва» от 8 октября 1933 года есть заметка, в которой говорится о том, что Наркомтяжпром получил для строительства нового завода грампластинок незаконченное здание бывшего текстильного предприятия Глуховского комбината в Ногинске.

В газете «Рабочая Москва» от 10 декабря 1933 сообщается уже о начатом строительстве нового завода.

Насколько большим было строительство, я решил узнать, сравнивая карты 30-40 годов. Для интереса, рассмотрел и современную карту, где проходная завода НЗТА (Ногинского завода топливной аппаратуры - как пишут в воспоминаниях ветераны - расположенного на месте завода "Грампластинка") находится по адресу улица Индустриальная, дом 41.

В интернете доступны только две карты в хорошем, детальном масштабе, выпущенных до войны. Это немецкая карта 1940 года (на основе карт 1928-1929 годов),
и так называемая карта РККА 1941 года.
Сравнивая эти две карты, конечно же видно, что за десять лет, которые разделяют две карты, количество сооружений, зданий увеличилось. О размахе стоительства говорит и большая статья в газете "Рабочая Москва" от 29 апреля 1935 г. - «Сверкая стеклянными окнами встали во весь свой могучий рост просторные корпуса в форме гигантской буквы «Т». 1500 (!) строителей скоро покинут площадку.» Говорится и о строительстве четырехэтажного жилого дома для кадровиков.

Теперь конечно, можно считать подтвержденным, что Ногинский завод грампластинок не просто разместился в бывших зданиях Глуховского текстильного комбината, а занял и новые, построенные корпуса. М.П. Кудинов наверное, действительно начинал трудиться на строительстве Глуховского текстильного комбината, здания которого потом и передали Ногинскому заводу грампластинок.

Я пересмотрел очень много газет и журналов того времени, которые были доступны в интернете или в местной библиотеке в поисках информации о Ногинском заводе. И в этом просмотренном материале ничего о конкретной дате начала работы завода не нашел. Но в газетах «Гудок» и «Рабочая Москва» от 21 июня 1935 года размещены следующие заметки о вступлении завода в период освоения.

Я считаю, что июнь 1935 года и следует считать месяцем начала работы завода.

Давайте займемся оборудованием завода. Вот например, в интернете на одном из сайтов я нашел, что завод был оснащен современным импортным оборудованием немецкой фирмы "Electrola". А действительно ли это так? Неужели не было установлено какое-либо Советское оборудование? Это можно понять только представляя, какое оборудование применяется на заводе по выпуску грампластинок. В этом нам помогает книга Е.И. Регирера "Граммофонная пластинка", 1940 г. В этой книге не дается информация о количестве цехов и полном составе оборудования именно Ногинского завода. В качестве примера, рассматривается стандартный, идеальный завод, представляющий собой одно большое здание. Но нам это позволяет по рисунку из книги, приведенному ниже, представить весь производственный цикл по выпуску грампластинок.

Начнем с прессового цеха, потому что по его главному оборудованию - прессам есть информация и в самой книге, и в размещенном в интернете документальном отрывке про Ногинский завод 1936 г. Вот что написано в книге:

А вот кадр из фильма 1936 года о Ногинском заводе, размещенном на разных сайтах, на котором видно часть пресса:

Всем этим точно подтверждается, что оборудование прессового цеха Ногинского завода было производства СССР.

Рассмотрим другие цеха типичного завода грампластинок.

- Цех дробления и смешения;
- Цех мастикации;
- Гальванный цех;
- Типография;
- участки звукового контроля, шлифовки, а также лаборатория, генераторная, котельная.

Как описывается в книге Е.И. Регирера, в цехе дробления и смешения используются различные типы дробильных машин, а также сита и смесительные машины. В книге даются примеры этих машин различных, в основном иностранных производителей. В цехе мастикации смесь ингридиентов нагревается, связующее плавится, а порошкообразные составляющие при перемешивании втираются в связующее, образуя мастикоподобную массу. Далее происходит каландрирование - придание массе формы таблеток, которые уже отправляются в прессовый цех. Машины для операций мастикации и каландрирования описаны в книге, причем тоже на примерах оборудования иностранных фирм. В газетной заметке в «Известиях» от 16 апреля 1935 года указывается, что наши ученые и инженеры сконструировали машины, позволяющие размалывать массу для изготовления грампластинок намного мельче, чем ранее, и что эти машины устанавливаются на строящемся Ногинском заводе.

Можно предположить, что и другое оборудование, установленное в цехах мастикации, каландрирования тоже было Советского производства, так же как и на участках шлифовки, в генераторой, котельной, в гальванном цехе и типографии. Вот только в лаборатории и на участке звукового контроля, возможно применялось импортное оборудование. Но изучая описи дел на сайте РГАЭ, используя различные слова для поиска (Грампласттрест, Граммпластрест, Граммофон, грампластинка) я обнаружил документы о закупке импортного оборудования для Коломенского и Ленинградского завода граммофонов. А о закупке импортного оборудования для Ногинского завода там никаких документов нет. Достоверно и окончательно можно выяснить лишь покопавшись в самих архивах, или продолжая поиск заметок в других газетах, по мере их доступности.

Далее я хочу рассмотреть период работы завода после запуска и до декабря 1940 года. Как и у всех предприятий, у него ведь были и достижения и различные сложности - с оборудованием, поставками сырья, с качеством выпускаемых грампластинок. Все это очень интересно. Материала оказалось не очень много, в основном газетные статьи - критические и даже можно сказать ругательные. И часто, как я понимаю сейчас — безосновательно.

Ногинский завод, как и Апрелевский, несколько раз менял ведомственную принадлежность, что отражалось на этикетках грампластинок.

Как указывалось выше, после запуска завод в составе Государственного треста граммофоно-пластиночной продукции был в ведении Наркомата тяжелой промышлености (НКТП) СССР под руководством Г.К. Орджоникидзе. Первые этикетки грампластинок этого завода, выглядели вот так:

1934-11-25 "Правда

и имели надпись, утверждающую принадлежность к НКТП.

С такой этикеткой было выпущено большое количество пластинок Ногинского завода, она просуществовала до 1938 года:

Вскоре после смерти Г.К. Орждоникидзе в 1937 году, Наркомат тяжелого машиностроения был преобразован в Наркомат машиностроения, поэтому на этикетках появилась соответствующая надпись - "Наркоммаш". Также в 1937 году был ликвидирован Грампласттрест, и управление производством было передано вновь организованному Главному управлению заводов по производству товаров широкого потребления (Главширпотреб).

В 1939 году на этикетках появилась надпись "НКОМ", потому что Наркоммаш был разделен на несколько наркоматов, и производство грампластинок перешло в ведомство Наркомата общего машиностроения.

В мае 1940 года управление грампластиночным производством было передано Главлегмашу - Главному управлению легкого машиностроения. Об этом свидетельствует Акт передачи от 21 мая (РГАЭ).


Кстати, этикетки грампластинок Ногинского завода менялись не только при изменении ведомственного подчинения. В начале 1938 года был объявлен конкурс на лучший художественный рисунок фабричной марки завода и этикетки для граммофонной пластинки.

А в победителей конкурса объявили 1 апреля 1938 года

На уже упоминавшемся мной сайте https://www.bogorodsk-noginsk.ru (Богородское креведение) есть статья Н. Маргулис "Правда светлее солнца", посвященная (как в ней рассказывается) первому директору Ногинского завода (1933-1938) Евсею Борисовичу Брауде и его воспоминаниям. Рассказывается об аресте Брауде в 1938 году, о пытках в НКВД для признания вредительской деятельности совместно с директором Грампласттреста Соболевым. Я был очень рад, когда нашел эту статью. Но изучая газеты того времени, я нашел заметки, опровергающие данные о руководстве Е.Б. Брауде заводом в течении пяти лет.

В ранее упоминавшейся большой, хорошей статье в газете «Рабочая Москва» от 29 апреля 1935 года говорится о директоре завода Бирюкове (интересная особенность статей того времени- не указывать имя и отчество человека).

10 апреля 1936 года в «Рабочей Москве» приводится рассказ другого директора — Байкова.

Однако 16 июня 1936 года в в «Правде» упоминается директор Бойков. (для полного просмотра "щелкните" мышкой по заголовку статьи).
Конечно, в одной из газет фамилия искажена. Скорее всего, в «Рабочей Москве»

28 января 1937 года в статье газеты «Вечерняя Москва» интервью уже дает директор Ногинского завода грампластинок В.Д. Херсонский.

Причем в газете «Правда» от 11 мая 1937 года подтверждается, что за два года работы завода, сменилось 3 директора.

Почему о Е.Б. Брауде говорится, что он руководил заводом с 1933 по 1938 гг.? Конечно, нужно доверять газетным заметкам того времени. Тем более что в тех же описях дел РГАЭ я нашел заголовок дела Е.Б. Брауде:

В нем указаны крайние даты дела: 17 мая 1937 - 16 августа 1938. "Разгромная" статья о Ногинском заводе вышла 11 мая, мне кажется что крайняя дата дела 17 мая - это вступление в должность нового директора Брауде. А в августе 1938 его арестовали - крайняя дата дела 16 августа 1938 года это скорее всего и подтверждает.

В газете Московский Большевик» от 26 сентября 1939 года, упоминается уже новый директор завода Весновский.

Как я уже писал, большинство газетных публикаций того времени было с критикой работы Грампласттреста и в частности самого Ногинского завода грампластинок. Постоянные упреки в качестве продукции, в огромном количестве брака, в малых тиражах и скудном репертуаре выпускаемых грампластинок. Вот материалы в дополнение к показанным выше критическим заметкам:

" Правда", 18 ноября 1936 г.

(Выдержки из материалов Третьей сессии Верховного Совета СССР (сборник - май 1939).

Репертуар выпускаемых грампластинок конечно же определялся не руководством или рабочими Ногинского завода. А вот за качество выпускаемых пластинок и количество брака при из производстве, были ответственны именно они. И читая разоблачительные статьи, конечно же проникаешься негодованием - как, почему было возможно такое, неужели и правда на заводе "окопались" вредители. Может и были они, эти "наемники мирового капитала". Но, как мне кажется могло быть несколько естественных, не зависящих от людей причин выпуска недоброкачественных пластинок. А количество бракованных граммофонных пластинок совсем не приводило к огромным убыткам, а как оказывается, могло даже улучшать качество выпускаемых пластинок.

Самая главная причина плохого качества и брака скорее всего кроется в самом важном составляющем граммофонной пластинки на то время - органическом материале шеллаке. Именно потому, что шеллак- продукт жизнедеятельности жучков - лаковых червецов (существующих в основном в Индии), его свойства сильно зависят от многих факторов:

- вида жучков (их на самом деле есть несколько видов);
- места обитания жучков - в основном из-за вида растений, которыми питаются жучки на этой территории;
- погодных условий;
- времени сбора шеллака.

К тому же, Советский Союз покупал шеллак не у одного поставщика в Индии, а приобретал его у фирм- перекупщиков в Англии, а также как писали в прессе - у одного из крупнейших продавцов- перекупщиков шеллака - США. Поэтому партии были разными по качеству и свойствам, а соответственно и при изготовлении массы для изготовления грампластинок необходимы были постоянные лабораторные исследования и контрольные отпечатки пластинок с шеллаком из применяющейся в этот момент партии. И конечно же по результатам - корректировки рецепта массы. Кстати, остальные наполнители при производстве грампластинок (например асбест, барит, кремнезем, силикаты и сажа) - тоже могли иметь разброс в своем качестве. Была ли организована лабораторная работа по контролю качества исходной массы - для меня неизвестно. Но если и осуществлялся этот контроль - насколько он был самостоятелен, не мешали ли оперативному изменению рецептуры различные инструкции от вышестоящего руководства?

Как мне кажется, необходимость покупки шеллака за границей, за валюту, при постоянном колебании цен (хотя бы по причине "неурожая" шеллака в отдельные годы), побуждало руководство Грампласттреста (конечно же не без указаний партийного руководства) к требованиям экономии этого материала, а соответственно и постоянным экспериментам на производстве с количеством его в исходной массе, или вообще замене на другие вещества. И это конечно тоже, скорее всего, приводило к ухудшению качества выпускаемых грампластинок.

Брак при производстве граммофонных пластинок безусловно приводил к потере ресурсов - электричества, топлива, бумаги (этикетки), затрат рабочего времени. Но он не вызывал потери самого ценного в пластинке - шеллака. Все бракованные пластинки пускались далее в переработку. И как указывалось Е.И. Регирером в своей книге - это наоборот повышало качество новых грампластинок, так как повторный помол улучшал в конце концов качество массы для прессования. К слову, в этой же книге указывается, что на заграничных фабриках средний брак мог достигать 15% , а иногда брак доходил и до 80%. Поэтому, сейчас мне иногда кажется, как я уже писал, что многие обвинения руководства Грампласттреста в развале производства были предвзяты и часто безосновательны. Но это мое мнение...

Хочу дальше показать подробнее повседневную жизнь завода, тем более что у меня у меня есть не только газетные вырезки, но и воспоминания ветеранов с сайта https://www.bogorodsk-noginsk.ru, фотографии и несколько кадров из документального фильма про Ногинский завод.

Давайте почитаем газетные вырезки, где показывается работа завода, его проблемы и достижения, и что наверное очень важно — рассказывается о работниках этого завода, или может просто упоминаются их фамилии.

"Рабочая Москва" 21 октября 1935 года. Комсомолки Кукушкина Арбузова.

"Рабочая Москва" 28 октября 1935 года. Председатель завкома Аверкин.

"Советское Искусство" 23 ноября 1935 года. Прессовщицы Анурова, Игнатьева, Лобвина, Афанасьева, Иванова, Васильева, Мошкович.

"Рабочая Москва" 29 августа 1936 года. Начальник мельничного цеха Сякин.

"Правда" 18 ноября 1936 года. Технический директор Валин. Начальник отдела техконтроля Маркман. Начальник ремонтно-механического цеха Толкачев.

"Вечерняя Москва" 28 января 1937 года. Прессовщица А. Иванова (уже упоминалась в «Рабочей Москве» от 28 октября 1935 г.)

"Правда" 11 мая 1937 года. Технический директор Шолин. Директор Херсонский.

"Труд" 21 августа 1938 года. Музыкальный контролер А. Дмитриева. Прессовщики — Кострюлин, Иванова (упоминается третий раз), Храмина. Музыкальные контролеры Ястребова, Кунашова, Ионина.

"Рабочая Москва" 14 декабря 1938 года. Групповой партийный организатор прессового цеха Гераскин.

"Рабочая Москва" 20 декабря 1938 года. Начальник инструментального цеха Н. Ершов.

"Вечерняя Москва" 22 декабря 1938 года. Прессовщица Валя Маркина.

"Рабочая Москва" 15 января 1939 года. Парторг Чернова.

"Московский Большевик" 26 сентября 1939 года. Главный инженер Щербаков. Директор завода Весновский.

"Московский Большевик" 3 ноября 1939 года. Прессовщицы Ф. Анохина, Е. Баранова..

Далее рассказы о работниках завода с сайта https://www.bogorodsk-noginsk.ru/

"Нестерова Анна Сергеевна. Вся жизнь Анны Сергеевны была связана с заводом «Грампластинка» и НЗТА. Молоденькой девушкой пришла она на завод. Начала трудиться рядовой прессовщицей, затем ее перевели в технические контролеры. Стала Анна Сергеевна зорко следить за качеством выпускаемой продукции. Заметит малейшую оплошность, пристыдит за брак, но при этом подскажет, как его исправить. Не всем это нравилось, и кое-кто называл ее «придирой». Вот, мол, другие контролеры просто отложат брак в сторону, а эта еще и мораль читает. Словом, строго Нестерова относилась к бракоделам..."

"Нину Ивановну Мирошниченко среди ветеранов НЗТА чаще всего величают «Сильвой». А прилипла к ней эта кличка не случайно. Уж больно веселая, задорная была эта женщина. Ее отец, Иван Павлович Безруков, был диспетчером гаража завода «Грампластинка». Несказанно радовалась Нина, когда премировали отца грампластинками за хорошую работу. Она наизусть выучивала песни и арии из оперетт, особенно любила арии из «Сильвы".

Рабочие завода занимались спортом, посещали различные кружки. И об этом нашлось несколько газетных заметок.

"Советский Спорт" 27 октября 1937 года.

"Московский Большевик" 9 апреля 1941 года.

Раз мы пытаемся побольше узнать о жизни завода, не могу не показать газетные заметки и об еще одной - неприглядной стороне этой жизни. Это воровство грампластинок и спекуляция ими.

"Рабочая Москва" 5 ноября 1936 года.

"Московский Большевик" 1 апреля 1939 года.

Очень мало, но все-таки есть- фотографии работников Ногинского завода грампластинок.

Годы, в которые работал и развивался завод были для Советского Союза очень насыщенными и трудными. Война подбиралась к нашим границам. Первого сентября 1939 началась Вторая мировая война, Польша была захвачена немецкими войсками. Англия вступила в войну с Германией. Начались потопления торговых судов немецким флотом, кроме того в Индии, тогда еще колонии Англии и как мы помним, главном постащике шеллака, начались волнения, зарождалось освободительное движение.

Все это приводило к дефициту шеллака, его удорожанию. А вот еще интересный факт:

То есть к тому же, перед самой войной Германия скупила у Англии очень большое количество шеллака, ощутимо уменьшив его запасы в этой стране.

Явный недостаток шеллака в нашей стране просматривается по газетным объявлениям конца 1939- начала 1940 гг. Увеличивается скупка старых, битых грампластинок, продолжаются попытки заменить шеллак другими материалами.

Вторая мировая война подступала к границам СССР, но Советский Союз отодвигал эти границы от обоих столиц, от центра страны. Были введены войска на территорию Польши и присоединены Западная Украина и Западная Белоруссия. Началась финская кампания (декабрь 1939 - март 1940). Именно Финская война показала многие слабые стороны Советской армии, в том числе и по качеству и количеству выпускаемых боеприпасов. Так, в докладе наркома боеприпасов СССР И. П. Сергеева И. В. Сталину о работе наркомата за 1939‑1940 гг. 20 марта 1941 г., указывается о невыполнении плана по выпуску боеприпасов на предприятиях наркомата, а также о множественных недостатках в работе предприятий наркомата. Поэтому я считаю, что в результате четкой уверенности о скором начале войны на территории СССР, недостаточной вооруженности армии, а также кризиса с основным сырьем при производстве грампластинок - шеллака, и было принято решение о передаче самого крупного завода по производству пластинок Наркомату боеприпасов для выпуска снарядов (по документам и воспоминаниям - 23 мм для авиационных пушек) и мин. К тому же, я думаю, что производственные линии завода очень подходили для выпуска боеприпасов.

На сайте истории оборонных предприятий СССР "Оборонпром" (https://oboron-prom.ru/) указано, что Ногинский завод граммофонных пластинок передан из НКОМ в ведение Народного коммисариата боеприпасов по приказу № 402сс от 12.12.1940 г.


В архиве РГАЭ есть карточка дела - Акт от 20 декабря 1940 года о передаче Ногинского завода граммофонных пластинок в систему народного комиссариата боеприпасов.


Новая жизнь завода начиная с конца 1940 года подтверждается и воспоминаниями ветеранов завода на сайте bogorodsk-noginsk.ru:

А.И. Хромина - "Родилась 21 октября 1922 года в Ногинске. Окончила среднюю школу. 21 марта 1941 года поступила лаборанткой на завод №510 (ныне НЗТА)..."

В.И. Кузнецов - "В апреле 41-го года поступил Виктор Кузнецов на завод №510 - бывший «Грампластинка». Шел ему тогда семнадцатый год. Довольно быстро втянулся в работу, освоил профессию резьбонарезчика..."

Семья Авериных - "В числе тех, кто полной мерой хватил военного лиха, - семья Авериных, которая в середине тридцатых годов переехала в Ногинск и стала работать на заводе «Грампластинка». В конце 1940 года этот завод начал производить оборонную продукцию."

После начала войны, завод находился в Ногинске до октября 1941 года, до приближения немцев к Москве. В октябре, завод был эвакуирован в города Омск и Кемерово. И наверное, часть оборудования, не применимая в военном производстве и была эвакуирована в Ташкент. Сведения с сайта "Оборонпром":


Эти сведения подтверждаются и в книге "И значит нам нужна одна Победа!", изданной в Омске и содержащей различные документы УНКВД - УНКГБ Омской области:


А вот что рассказывают ветераны на сайте Богородского краеведения:

Н.Я. Аверин об эвакуации части завода в Кемерово - "В октябре 1941 года вместе с заводом наша семья эвакуировалась в город Кемерово. Там меня назначили бригадиром фронтовой бригады, которая затачивала инструмент. Заточниками также были мой отец, муж сестры Анатолий, шлифовщиками работали братья Владимир и Василий. Здесь же трудилась сестра Анастасия. Работали с восьми до восьми, иногда и больше, без выходных. Наше предприятие выпускало боевые снаряды для штурмовиков ИЛ-2.";

Так как живу в Омске, мне воспоминания А.И. Румянцевой об эвакуации части завода в Омск особенно интересны - "Ехали мы в Омск из Ногинска целый месяц. Ехали с тяжелым сердцем, думали, что там придется землянки копать: ведь на восток в начале войны перемещалось множество людей. Но спасибо руководителям города и области за то, что всем нам дали крышу над головой. Некоторых горожан переселили в сельскую местность, кого-то уплотнили и нас, ногинчан, всех пристроили. Не пришлось сооружать и завод - нам отвели небольшое местное предприятие. Правда, не было ни вентиляции, ни вытяжки, но мы тогда об этом и не думали. Приехавшие с «Грампластинки», в основном молодежь, крепко дружили между собой. Очень скоро перешли на выпуск военной продукции..."

Корпуса этого завода стоят в Омске и сейчас. Адрес - Волочаевская 9. Только сейчас эти здания по моему пустуют. Вот что пишут на одном из Омских сайтов:

Я часто проезжаю мимо этого старого (и по-моему, красивого здания), по пути к теще, живущей в Левобережной части города. И до недавнего времени даже не предполагал, что проезжаю рядом с таким историческим памятником. Пусть здесь располагался не грампластиночный завод, а военный, но ведь здесь работали люди, которые когда-то выпустили мои любимые довоенные пластинки. И располагалось оборудование, на котором их производили, ведь я думаю, что для военного производства подошло многое оборудование завода "Грампластинка ".

Когда немцев прогнали от Москвы, эвакуированные производства из Кемерово и Омска были возвращены в Ногинск и далее выпускали оборонную продукцию. После войны производство перестроили на выпуск топливной аппаратуры, и на месте Ногинского завода грампластинок теперь существует Ногинский завод топливной аппаратуры...

А что же с Ташкентским заводом? Как я уже писал, я считаю, что какая-то часть оборудования от Ногинского завода, не используемая в выпуске оборонной продукции все же была вывезена в Ташкент. В архиве РГАЭ я нашел такое вот упоминание о строительстве Ташкентского завода грампластинок:


Получается, что строительство завода началось уже в 1943 году (представляете, еще шла война). Ну а пуск первой очереди Ташкентского завода грампластинок был осуществлен в октябре 1945.

Эта газетная вырезка окончательно меня убеждает, что в Ташкент было вывезена лишь малая часть оборудования Ногинского завода. Поэтому при пуске первой очереди на заводе и не было мельнично-вальцовочного и гальванного оборудования.